Неточные совпадения
Он слушал Ленского с улыбкой.
Поэта пылкий разговор,
И ум, еще
в сужденьях зыбкой,
И вечно вдохновенный взор, —
Онегину всё было ново;
Он охладительное слово
В устах старался удержать
И думал: глупо мне мешать
Его минутному блаженству;
И без меня пора придет,
Пускай покамест он живет
Да верит мира
совершенству;
Простим горячке юных лет
И юный жар и юный бред.
Но я не создан для блаженства;
Ему чужда душа моя;
Напрасны ваши
совершенства:
Их вовсе недостоин я.
Поверьте (совесть
в том порукой),
Супружество нам будет мукой.
Я, сколько ни любил бы вас,
Привыкнув, разлюблю тотчас;
Начнете плакать: ваши слезы
Не тронут сердца моего,
А будут лишь бесить его.
Судите ж вы, какие розы
Нам заготовит Гименей
И, может быть, на много дней.
Нет, поминутно видеть вас,
Повсюду следовать за вами,
Улыбку уст, движенье глаз
Ловить влюбленными глазами,
Внимать вам долго, понимать
Душой все ваше
совершенство,
Пред вами
в муках замирать,
Бледнеть и гаснуть… вот блаженство!
Но урок, урок ему сегодняшний
в «Хрустальном дворце», это верх
совершенства!
— Так? Вы говорите, так? Ну так после этого вы… вы… — закричал он
в восторге, — вы источник доброты, чистоты, разума и…
совершенства! Дайте вашу руку, дайте… вы тоже дайте вашу, я хочу поцеловать ваши руки здесь, сейчас, на коленах!
Но теперь она уверовала
в Андрея не слепо, а с сознаньем, и
в нем воплотился ее идеал мужского
совершенства. Чем больше, чем сознательнее она веровала
в него, тем труднее было ему держаться на одной высоте, быть героем не ума ее и сердца только, но и воображения. А она веровала
в него так, что не признавала между ним и собой другого посредника, другой инстанции, кроме Бога.
Но если
в благоучрежденном обществе нужно, чтобы юноши почитали старцев и неопытность —
совершенство, то нет, кажется, нужды власть родительскую делать беспредельною.
Доведя постепенно любезное отечество наше до цветущего состояния,
в котором оное ныне находится; видя науки, художества и рукоделия, возведенные до высочайшия
совершенства степени, до коей человеку достигнути дозволяется; видя
в областях наших, что разум человеческий, вольно распростирая свое крылие, беспрепятственно и незаблужденно возносится везде к величию и надежным ныне стал стражею общественных законоположений.
Злато и сребро, яко драгоценнейшие по
совершенству своему металлы и доселе украшением служившие, преображены стали
в знаки, всякое стяжание представляющие.
Необыкновенно было то, что его все не только любили, но и все прежде несимпатичные, холодные, равнодушные люди восхищаясь им, покорялись ему во всем, нежно и деликатно обходились с его чувством и разделяли его убеждение, что он был счастливейшим
в мире человеком, потому что невеста его была верх
совершенства.
― Арсений доходит до крайности, я всегда говорю, ― сказала жена. ― Если искать
совершенства, то никогда не будешь доволен. И правду говорит папа, что когда нас воспитывали, была одна крайность ― нас держали
в антресолях, а родители жили
в бельэтаже; теперь напротив ― родителей
в чулан, а детей
в бельэтаж. Родители уж теперь не должны жить, а всё для детей.
Исправляя ногу, он беспрестанно всматривался
в фигуру Иоанна на заднем плане, которой посетители не заметили, но которая, он знал, была верх
совершенства.
Дом был большой, старинный, и Левин, хотя жил один, но топил и занимал весь дом. Он знал, что это было глупо, знал, что это даже нехорошо и противно его теперешним новым планам, но дом этот был целый мир для Левина. Это был мир,
в котором жили и умерли его отец и мать. Они жили тою жизнью, которая для Левина казалась идеалом всякого
совершенства и которую он мечтал возобновить с своею женой, с своею семьей.
Все члены этой семьи,
в особенности женская половина, представлялись ему покрытыми какою-то таинственною, поэтическою завесой, и он не только не видел
в них никаких недостатков, но под этою поэтическою, покрывавшею их, завесой предполагал самые возвышенные чувства и всевозможные
совершенства.
Она была так толста и мягка, что правая ягодица ее свешивалась со стула, точно пузырь, такими же пузырями вздувались бюст и живот. А когда она встала — пузыри исчезли, потому что слились
в один большой, почти не нарушая
совершенства его формы. На верху его вырос красненький нарывчик с трещиной, из которой текли слова. Но за внешней ее неприглядностью Самгин открыл нечто значительное и, когда она выкатилась из комнаты, подумал...
Стародум(c нежнейшею горячностию). И мое восхищается, видя твою чувствительность. От тебя зависит твое счастье. Бог дал тебе все приятности твоего пола. Вижу
в тебе сердце честного человека. Ты, мой сердечный друг, ты соединяешь
в себе обоих полов
совершенства. Ласкаюсь, что горячность моя меня не обманывает, что добродетель…
Видишь: предположи, что нашелся хотя один из всех этих желающих одних только материальных и грязных благ — хоть один только такой, как мой старик инквизитор, который сам ел коренья
в пустыне и бесновался, побеждая плоть свою, чтобы сделать себя свободным и совершенным, но однако же, всю жизнь свою любивший человечество и вдруг прозревший и увидавший, что невелико нравственное блаженство достигнуть
совершенства воли с тем, чтобы
в то же время убедиться, что миллионы остальных существ Божиих остались устроенными лишь
в насмешку, что никогда не
в силах они будут справиться со своею свободой, что из жалких бунтовщиков никогда не выйдет великанов для завершения башни, что не для таких гусей великий идеалист мечтал о своей гармонии.
Очень характерно, что Л. Толстой и тогда, когда писал «Войну и мир», и тогда, когда писал свои нравственно-религиозные трактаты, был безнадежно замкнут
в кругу частной точки зрения на жизнь, не желающей знать ничего, кроме индивидуальной жизни, ее радостей и горестей, ее
совершенств или несовершенств.
Очень характерно, что не только
в русской народной религиозности и у представителей старого русского благочестия, но и у атеистической интеллигенции, и у многих русских писателей чувствуется все тот же трансцендентный дуализм, все то же признание ценности лишь сверхчеловеческого
совершенства и недостаточная оценка
совершенства человеческого.
Марксизм верил, что можно до конца рационализировать общественную жизнь и привести ее к внешнему
совершенству, не считаясь ни с теми энергиями, которые есть
в бесконечном мире над человеком и вокруг него.
Европейский буржуа наживается и обогащается с сознанием своего большого
совершенства и превосходства, с верой
в свои буржуазные добродетели.
Нехлюдов
в это лето у тетушек переживал то восторженное состояние, когда
в первый раз юноша не по чужим указаниям, а сам по себе познает всю красоту и важность жизни и всю значительность дела, предоставленного
в ней человеку, видит возможность бесконечного совершенствования и своего и всего мира и отдается этому совершенствованию не только с надеждой, но и с полной уверенностью достижения всего того
совершенства, которое он воображает себе.
Наше дело теперь — понемногу опять взбираться на потерянный путь и… достигать той же крепости, того же
совершенства в мысли,
в науке,
в правах,
в нравах и
в твоем «общественном хозяйстве»… цельности
в добродетелях и, пожалуй,
в пороках! низость, мелочи, дрянь — все побледнеет: выправится человек и опять встанет на железные ноги…
Теперь пожарное дело
в Москве доведено до
совершенства, люди воспитанны, выдержанны, снабжены всем необходимым. Дисциплина образцовая — и та же былая удаль и смелость, но сознательная, вооруженная технической подготовкой, гимнастикой, наукой… Быстрота выездов на пожар теперь измеряется секундами.
В чистой казарме, во втором этаже, дежурная часть — одетая и вполне готовая.
В полу казармы широкое отверстие, откуда видны толстые, гладко отполированные столбы.
Только она и давала некоторую возможность отбиваться от него: если уж начнет слишком доезжать своими обличениями, доезжаемый скажет ему: «да ведь
совершенство невозможно — ты же куришь», — тогда Рахметов приходил
в двойную силу обличения, но большую половину укоризн обращал уже на себя, обличаемому все-таки доставалось меньше, хоть он не вовсе забывал его из — за себя.
Лицо богини ее самой лицо, это ее живое лицо, черты которого так далеки от
совершенства, прекраснее которого видит она каждый день не одно лицо; это ее лицо, озаренное сиянием любви, прекраснее всех идеалов, завещанных нам скульпторами древности и великими живописцами великого века живописи, да, это она сама, но озаренная сиянием любви, она, прекраснее которой есть сотни лиц
в Петербурге, таком бедном красотою, она прекраснее Афродиты Луврской, прекраснее доселе известных красавиц.
Саша ее репетитор по занятиям медициною, но еще больше нужна его помощь по приготовлению из тех предметов гимназического курса для экзамена, заниматься которыми ей одной было бы уж слишком скучно; особенно ужасная вещь — это математика: едва ли не еще скучнее латинский язык; но нельзя, надобно поскучать над ними, впрочем, не очень же много: для экзамена, заменяющего гимназический аттестат,
в медицинской академии требуется очень, очень немного: например, я не поручусь, что Вера Павловна когда-нибудь достигнет такого
совершенства в латинском языке, чтобы перевести хотя две строки из Корнелия Непота, но она уже умеет разбирать латинские фразы, попадающиеся
в медицинских книгах, потому что это знание, надобное ей, да и очень не мудреное.
В XII книге «Метафизики» (гл. VII), давая определение Божества как мышления, жизни, вечности, полноты и
совершенства, Аристотель продолжает уже
в тонах «апофатического» богословия: «Ясно, что существует вечная, неподвижная, отдельно от чувственного и самостоятельно существующая сущность (ουσία).
Порча и растление, при отсутствии смерти, с течением времени овладели бы человеческой жизнью настолько, что никакая праведность не могла бы оградиться от его влияния: греховному человечеству, наделенному даром бессмертия, угрожало превращение
в дьяволов или, по крайней мере, приближение к тому
совершенству во зле, которое присуще лишь отцу лжи и его клевретам.
Столь же
в бемовском духе развито и следующее объяснение мирового зла и несовершенства из божественной полноты: «На вопрос, почему Бог не создал всех людей таким образом, чтобы они руководствовались одним только разумом, у меня нет другого ответа, кроме следующего: конечно, потому что у него было достаточно материала для сотворения всего, от самой высшей степени
совершенства до самой низшей; или, прямее говоря, потому, что законы природы его настолько обширны, что их было достаточно для произведения всего, что только может представить себе бесконечный ум» (ib., 62)134.].
В этом смысле следует понимать, когда говорится, что
в душе есть еще несовершенство, пока «она созерцает Бога, насколько Он есть троица» (1,163);
совершенство наступает лишь при созерцании «schlechthin Eine», «ungestaltete Wesen der göttlichen Persönlichkeit» [Совершенно единое, бесформенная сущность божественной личности (нем.).] (ib.).
Не злы и животные, и нет зла во всей природе, — оно лишь
в том, что она не достигает своего
совершенства (IV, 26) [Там же.
С. 54 (4.24, 725): «…Ни
в демонах, ни
в нас нет зла как сущего, и проявляется оно только как оскудение
совершенств и при отречении от присущих нам добродетелей».], ибо и
в них зло есть отсутствие, неполнота блага.
Если демоны определились
в своем отпадении от Бога, то ангелы утвердились
в своем ангельском
совершенстве, уже исключающем слепоту и безумие демонов.
Временность связана с развитием, становлением, меональностью и вообще тварностью и неприложима к сверхвременному,
в едином акте объемлющему все
в абсолютном
совершенстве и законченности.
Этим он доказывает не что иное, как то, что достоинство образа человек получил
в первом творении,
совершенство же подобия получается
в конце, т. е. человек сам должен приобрести его себе своими собственными прилежными трудами
в подражание Богу, так как возможность
совершенства дана ему
в начале чрез достоинство образа, совершенное же подобие он должен получить
в конце сам, чрез исполнение дел.
Платон не систематичен, но тематичен и диалектичен, отсюда проистекает и фрагментарность его философствования, ибо каждый его диалог, при всем своем художественном
совершенстве и музыкальной форме, для системы философии есть только фрагмент, этюд, статья, не более, без потребности
в закруглении,
в сведении концов с концами
в единой целостной системе, к которой у Платона не намечается даже попытки и вкуса.
Итак, Эн-соф, которому принадлежит абсолютное
совершенство, абсолютное единство, неизменность, неограниченность, остается
в то же время недоступно нашему разуму и пониманию
в своем существе; поэтому для него не может быть дано никакого определения, о нем не может быть поставлено никакого вопроса, для него нет никакого образа или уподобления.
В Цюрихе это учение доведено до большого
совершенства.
Классицизм можно называть достижением
совершенства в творческом акте, и
в этом смысле смешно было бы восставать против классического.
В оформлении своей мысли,
в своем отношении к писанию я не артист, интересующийся
совершенством своего продукта.
Но ложь классицизма как известного духовного типа лежит
в допущении возможности имманентного
совершенства в конечном,
в условиях этого мира.
Мое творческое дерзновение, самое важное
в моей жизни, выражалось прежде всего
в состояниях субъекта,
в продуктах же объективного мира оно никогда не достигало достаточного
совершенства.
Правда романтизма, за которым нужно признать и много грехов, лежит
в сознании недостаточности
совершенства в конечном,
в устремлении к бесконечному, то есть к запредельному.
Совершенство достижимо лишь
в бесконечном.
В этом мире
совершенство творческого произведения может быть лишь символическим, то есть лишь знаком иного,
совершенства в ином мире,
в ином плане бытия и сверхбытия.
Но
в условиях падшего мира он отяжелевает, притягивается вниз, подчиняется необходимому заказу, он создает не новую жизнь, а культурные продукты большего или меньшего
совершенства.
Я готов себя сознать романтиком вот по каким чертам: примат субъекта над объектом, противление детерминизму конечного и устремление к бесконечному, неверие
в достижение
совершенства в конечном, интуиция против дискурсии, антиинтеллектуализм и понимание познания как акта целостного духа, экзальтация творчества
в человеческой жизни, вражда к нормативизму и законничеству, противоположение личного, индивидуального власти общего.
Но так называемые классические
в смысле
совершенства продукты творчества,
в сущности, всегда говорят о мире ином, чем эта мировая действительность, и упреждают преображение мира.
Это причина моей нелюбви к классицизму, который создает иллюзию
совершенства в конечном.